remetalk (remetalk) wrote,
remetalk
remetalk

Categories:

Про кормление духов

Photo: Sergey Maximishin, www.maximishin.com

Из Красноярска в Кызыл раз в день летает старенький ЯК-40. Внутри там все по-домашнему, без этих самолетных строгостей. Похоже на маршрутку в Купчино. Дерматиновые кресла ножичками порезаны, хуями и сердечкам изрисованы. Стюардессы - усталые женщины того возраста, когда теплую одежду предпочитают чистой, еще на земле раздают пассажирам лимонад «Дюшес», конфеты «Взлетные» и журналы. Нам с Митей достается журнал ОМ за 2001-ый год.
Мы с писателем Митей летим в Туву по заданию питерской Афиши. Четыре года назад в кургане Аржан-2 эрмитажные археологи нашли 26 кг фантастически красивого скифского золота. По задумке редакции, материал, приуроченный к первому показу находок, должен состоять из двух частей. Первая – собственно золото, его реставрация в Эрмитаже и все такое. Вторая – место находки и туземный быт тувинского села Аржан. Перед отъездом я вытащил из Сети все, что там было про Аржан-2. Самое интересное – это открытые письма туземцев в разные газеты, журналы и ЮНЕСКО с требованием все золото закопать назад, поскольку разбуженные и злые с недосыпу духи за неимением в географической доступности святотатцев - археологов, повадились гадить в село Аржан, от чего в селе Аржан случилось одно убийство, две кражи сельхозинвентаря, угон скота и повальный алкоголизм, которого раньше не было. Если же вернуть золото невозможно, писала от имени односельчан учительница географии, то народ согласен получить 20% от найденного, с тем чтобы частью суммы компенсировать моральный вред, а на остатки нанимать шаманов для кормления духов. В настоящее же время, жаловалась учительница в ЮНЕСКО, аржанцы вынуждены кормить духов за свой счет, отрывая от детей малых те крохи, что еще не пропили их, понукаемые к пьянству нежитью, отцы.
Мы с Митей собираемся накормить духов за счет своих командировочных. Тем более, что наличие шамана решает мою главную проблему – как снять место находки так, чтобы на фотографии было еще что-то, кроме заснеженной евразийской степи.
Таксист, узнав, что нам нужны шаманы, уверенно везет нас в центр города. На берегу Енисея, слева от обелиска «Географический цент Азии», замечаем юрту, вокруг которой расставлены тотемные столбы. « Вам туда», - говорит таксист. В юрте пусто и холодно. Рядом с юртой – бревенчатый дом. На двери табличка « Общество шаманов «Дунгур». Школа шаманского искусства». Заходим, напустив в жарко натопленные сени тумана. Дощатые полы цвета охры, светло-голубой водоэмульсионкой выкрашенные стены, запотевшие оконца. В большой комнате за длинным столом обедают шаманы. На стенах бубны, трещотки, колотушки, пучки травы, чучела всяких птиц и зверей. Из-за стола поднимается невысокая коренастая тувинка средних лет, одевает на голову нечто, венчаемое чучелом совы, выходит к нам в сени, спрашивает, кто мы и чего хотим. Мы говорим, что мы Митя и Сережа - журналисты из Петербурга. Женщина говорит, что ее зовут Айчюрек Оюн, но мы, русские, можем называть ее Черная Луна, и что она – личный шаман президента республики Тува. Мы говорим, что нам очень приятно, и что мы бы хотели покормить духов. Черная Луна отвечает, что это можно, и спрашивает, каких духов и где мы хотим кормить. На это мы говорим, что кормить будем всех, сколько их ни соберется на кургане Аржан-2. Черная Луна говорит, что на Аржане очень сильные духи и ничего не получится, потому что кормить таких сильных, злых и голодных духов может только очень сильный шаман, такой у них только один, но он, к сожалению, в районе на выезде. Может, - спрашиваем мы с Митей, - обойдемся шаманом попроще? Черная Луна, говорит, что это опасно и что сама она не может взять на себя ответственность. А кто может? – спрашиваем. Наш президент, - говорит Черная Луна. У него сейчас как раз прием граждан по личным вопросам в краеведческом музее. Езжайте к нему.
Едем в музей. Сообщаем бабульке на входе, что мы Сережа и Митя, журналисты из Питера, и просим отвести нас к Президенту Тувы для приема по личным вопросам. Бабушка чуть в обморок не падает и слабым голосом вызывает директора музея. Директор сердито говорит, что Президент Тувы не принимает граждан в краеведческом музее, для приема граждан у него есть целый Дом правительства. И вообще, тут как-то вот такие же приходили, отвлекали работников дурацкими вопросами, после чего музей не досчитался ценного чучела дикого кота манула.
Озадаченные, мы с Митей решили, на всякий случай, обойти здание музея вокруг. Рядом с калиткой служебного входа на зеленом заборе под табличкой «Ул. Ленина, 12» объявление: «Пожизненный Президент тувинских шаманов. 10 рублей. Вход со двора.» Заходим во двор. В дворе – избушка. На дверях – большой щит из толстого картона. Синими буквами: «Человек года! Пожизненный президент тувинских шаманов! Член Нью-йоркской академии наук! Доктор исторических наук! Народный писатель республика Тува! Человек – Солнце Монгуш Кенин-Лопсан! Вход 10р.» За дверью – предбанничек, народ ждет приема. На стене висит машинописный листочек, озаглавленный : «Прейскурант услуг». Дальше непонятно, потому что по-тувински. Каждая строка заканчивается ценой – 10 руб. Седьмая позиция прайса по-русски: «Письмо запорожцев турецкому султану». И тоже - 10 руб. В общем, не дорого.
Наконец, наша очередь. Заходим. Низкая мебель из лакированного ДСП, папки с бумагами. Секретарша записывает в приходную книгу наши паспортные данные. Сам Президент тувинских шаманов сидит за широким столом зеленого сукна. Ватные штаны по грудь, клетчатая байковая рубашка, ватник. Поверх ватника – синие сатиновые нарукавники. Садимся перед столом, рассказываем, что мы Митя и Сережа из Питера и хотим покормить духов, но сильный шаман в районе на выезде, а Черная Луна сама не может решить вопрос о посылке на Аржан другого шамана, а требует от нас письменного разрешения Президента. Президент долго молчит. Затем, видимо, решив, что из нас с Митей главный я, спрашивает:
- А ты знаешь, сколько стоит такая бумага!?
- Знаю, - говорю, - ей цены нет.
- А знаешь, почему я дам тебе такую бумагу?
- Наверное, - говорю, - потому, что Вы человек хороший?
- Нет! Я дам тебе бумагу, потому, что вы из Питера! Я там диссертацию защищал!
Президент снимает чехол с пишущей машинки, прокладывает 5 листов бумаги копиркой и одним пальцем начинает печатать. Вдруг, поднимает глаза на Митю и спрашивает: «А ты знаешь, что на твоем стуле Ельцин сидел?» «Не может быть!?» - вежливо удивляется Митя. Тут глаза Человека-Солнце наливаются яростью. Боюсь, он не понял интонации. «Так вы что, мало того, что с пустыми руками явились, так еще и не знаете, кто я такой!??? Идите вон отсюда!!! Хоть бы ручку привезли из Питера!!» Быстро достаю из сумки бутылку водки и коробку конфет. Президент смягчается, прячет подарки в ящик стола. «Очень тронут, очень тронут…».
Достает из машинки написанное. Первый экземпляр кладет себе в стол, оставшиеся отдает секретарше.
- Сейчас пойдете в музей и напишите в Книгу Почета мне похвалу. Потом придете, заберете письмо
- А что написать-то?
- Ну, - говорит Человек-Солнце, подумав, - напишите, что за один час беседы со мной вы поняли столько, сколько не поняли за всю жизнь.
В музее просим у бабушки Книгу Почета. Бабушка снова зовет директора. Директор нам не доверяет, боится, что мы напишем в книге всякие гадости. Напишите, говорит, сначала на листочке, потом я вклею. Так и делаем. Директор, внимательно прочитав написанное, звонит Президенту и говорит с ним по-тувински. Положив трубку, говорит нам, чтоб мы шли за письмом. Забираем у Кенин-Лопсана письмо, долго жмем друг другу руки.
Уже в такси читаем. В верхнем левом углу исходящий номер. В вернем правом углу: «Oт Пожизненного президент тувинских шаманов, Члена Нью-йоркской академии наук, Доктора исторических наук, Народного писателя республика Тува, Человека – Солнце Монгуш Кенин-Лопсан персональному шаману Президента республики Тува Черной Луне»
Текст: «Глубоковажаемая Черная Луна!
Убедительно прошу Вас оказать содействие нашим друзьям из Санкт-Петербурга Максимишину Сергею Яковлевичу , 1964 г.р. паспорт…, прописан… и (дальше Митины данные) в кормлении духов на кургане Аржан.
С уважением, Пожизненный etc… Монгуш Кенин-Лопсан»
Внизу дата, подпись и четыре печати.
Таксист говорит, что без одобрения Кенин-Лапсана в Туве не принимается ни одно правительственное решение.
Прочитав бумагу, Черная Луна суетится, долго с кем-то совещается по телефону. «Поедете с Серым Соколом» - говорит.
Серый Сокол оказался мужичком лет пятидесяти, с пузиком, сухая, крепкая рука. Представился коротко: «Славик». Выслушав задачу, спросил:
- Вам кормление с очагом или без очага?
- А как круче? – интересуется Митя
- С очагом духам уважения больше. Но это дороже будет.
- Ну, тогда с очагом, конечно. Чтоб с уважением.
Договорились выехать затемно, чтоб поспеть к рассвету. Заезжаем за Славиком, он уже в шаманской одежде. Весь увешен бубенчиками, на голове шапочка с соколиными перьями, под мышкой бубен. Ехать нам девяносто километров. В пути понимаем, что неправильно рассчитали время. Солнце уже на подходе, а нам еще ехать и ехать, да и дороги никто толком не знает. Делюсь тревогой с Митей. Митя говорит, что пофигу, где духов кормить, степь и степь, на картинке все равно никто не разберет. Я говорю, что так нельзя, мне журналистская совесть не позволяет. Славик предлагает выход – сейчас он на восходе поприветствует Отца Солнце без очага, а потом уж покормит духов на Аржане с очагом. По пояс в снегу карабкаемся на какую-то сопку, с дороги она казалась существенно ниже. Ждем Солнце. Холод страшный, градусов 30. Писатель Митя впервые в жизни оказался восточнее Москвы, у него ботиночки на тонкой подошве и сам он уже весь синий и зубами стучит. Наконец, Славик говорит, что пора. Становится на самую вершину, глядя в объектив объявляет: « Песня Отцу Солнце! Исполняет потомственный тувинский шаман Серый Сокол!». Бьет в бубен, поет песню страшным горловым голосом и вокруг себя кружится. Я снимаю лежа на снегу, чтоб Славик у меня в кадре на небо проецировался. Митя за спиной матерится и бегает кругами, пытаясь согреться. Пальцев я уже не чувствую, песня длинная…
К Аржану-2, дважды сбившись с пути, мы добрались часам к 10 утра. Идеально ровная идеально белая степь. Лишь вокруг того места, где был курган, до того, как его снесли археологи, сквозь снег проглядывают верхушки камней, которыми он, курган, в древности был огорожен. Холод, похоже, еще усилился. Митя говорит, что он уже все видел и из машины выходить отказывается. Говорю Славику, что если ему не важно, где именно кормить духов, то пусть он их кормит внутри каменной ограды, чтоб хоть какой-то рельеф у меня на картинке был. Славик ходит какой-то потерянный, говорит, что духи очень голодные. Внутри ограды камлать отказывается, почему - не объясняет. Наконец, выбирает место для очага. По-пионерски, шалашиком, выстраивает привезенные с собой щепки. Зажигает костерок, сыплет туда какую-то крупу, кладет сливочное масло. Начинает бить в бубен. Сначала медленно, потом быстрее и быстрее. Кружится вокруг своей оси, прыгает и снова кружится. Глаза у Славика стеклянеют, на губах пена. Похоже, он уже не здесь. Длится все это минут десять. Щепа прогорела. Славик падает на снег и лежит, не шевелясь, лицом к небу. Подхожу к нему – боюсь, не помер ли. Вроде жив, но глаза закачены. Тормошу – долго смотрит на меня, кажется, что не очень понимает, кто я и что тут делаю. Потом приходит в себя, садится и долго качает головой, много раз повторяя: «Очень голодные духи…»
Мы едем в село, находим учительницу географии. Она просит передать ЮНЕСКО, что селяне подумали и, в качестве жеста доброй воли, согласны уже не на двадцать процентов, а всего на десять. Митя обещает передать при случае. Потом мы обедаем в придорожной шашлычной. Серый Сокол все еще не в себе, на вопросы отвечает невпопад и не сразу. Просит водки. Выпивает триста граммов почти не закусывая, минут через десять падает вместе со стулом. Грузим тело в машину и в том же бесчувственном состоянии сдаем его уже в Кызыле Черной Луне. На вопрос, сколько с нас, та отвечает – сколько не жалко. Платим тысячу. По-моему, это больше, чем она ожидала.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 64 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →